Климатологи спорят о целях Парижского соглашения

О дебатах учёных и о том, что нам действительно нужно независимо от точности определений, пишет для The Guardian эколог Дана Нучителли.

В сентябре 2017 года группа учёных во главе с Ричардом Милларом из Университета Эксетера опубликовала статью в Nature Geoscience, которая стала широко известна тем, что в ней предполагалось, якобы ограничение глобального потепления до 1,5оС выше температур доиндустриального уровня (что заявлено как желаемая цель Парижского соглашения) – всё ещё возможно технически. Многие учёные-климатологи скептически отнеслись к этой информации, и недавно журнал опубликовал ответ от группы учёных во главе с Эндрю Шурером из Эдинбургского университета.

Дебаты исследователей сводятся к спорам о том, как именно стоит замерять и высчитывать климатическую цель Парижского соглашения. Команда Миллара использовала набор данных HadCRUT4, в котором есть информация о температуре поверхности Земли начиная с 1850 года, и высчитала, что с того времени температура поднялась на 0,9оС. Таким образом, команда подсчитала оставшийся углеродный бюджет, который приведёт к повышению температуры ещё на 0,6оС.

 

Что не так с тем, чтобы опираться на HadCRUT4, говоря о цели парижского соглашения

У HadCRUT4 есть некоторые существенные недостатки. Во-первых, он охватывает только 84% поверхности Земли. Таким образом, в его данных есть серьёзные пробелы, и главным образом они расположены в Арктике, Антарктике и Африке, где станций мониторинга температуры относительно немного. И Арктика – это та часть планеты, которая нагревается быстрее всего, так что HadCRUT4, скорее всего, несколько недооценивает глобальное потепление.

Вторая проблема заключается в том, что на территории океанов HadCRUT4 использует температуры водной поверхности, которые не растут так же быстро, как температуры воздуха непосредственно над водой.

И есть третий вопрос: с какой даты нам стоит вести отсчёт, когда мы говоим, что рост температур не должен превысить  1,5оС? Отправной точкой в HadCRUT4 является 1850 год, но ещё одно недавнее исследование, проведённое Шурером, показало, что если начать отсчёт с более раннего времени, то мы может добавить ещё 0,2оС к уже произошедшему потеплению и сократить оставшийся углеродный бюджет.

 

С другой стороны, это не так и важно

В конечном счёте, учёные-климатологи требуют более точного определения целей Парижского соглашения. В соглашении говорится, что мы хотим ограничить глобальное потепление до 2оС в сравнении с доиндустриальным уровнем (предпочтительно до 1,5оС), но когда начинается пост-индустриальный период? Какие именно измерения стоит брать в основу?

Более того, сама по себе цель «не более 2оС» достаточно произвольна. Если говорить о науке, то предполагается, что на этом уровне изменения климата мы сможем адаптироваться к трансформациям. С практической точки зрения, если потепление превысит порог в 2оС, мы просто всё потеряем, и именно поэтому в приоритете не допустить потепления выше 1,5оС.

В последнем докладе Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК) было рассмотрено 116 потенциальных сценариев, которые позволят нам не выйти за пределы 2оС потепления, и 101 из этих сценариев (87%) включали такую меру как отрицательные выбросы в виде улавнивания и хранения углерода. Другими словами, сложно представить себе достижение целей Парижского соглашения, если ничего не будет представлено в противовес углеродному загрязнению.

Цель «2оС» - это просто хорошая круглая цифра, которая отражает то, что международное сообщество считает приемлемым уровнем риска, связанного с изменением климата, и эта цель может быть реально достигнута, хоть это и крайне сложно.

 

Всё просто: углеродное загрязнение должно быть сокращено максимально быстро и настолько сильно, насколько это возможно

Борьба с изменением климата сводится к управлению рисками. Глобальные температуры уже, вероятно, самые высокие за всю историю человечества, и потепление происходит сейчас со скоростью, превышающей скорость естественного потепления в 20-50 раз. Скептики вроде Скотта Прутта, управляющего агентством по охране окружающей среды США, часто спрашивают, какова идеальная температура Земли, и ответ заключается в том, что идеальный климат – это стабильный климат. Стремительные изменения, которые в настощее время создаются людьми, приводят к проблемам, к которым крайне трудно адаптироваться разным видам. Мы должны как можно скорее прийти к стабильному климату.

Идеальная цель Парижского соглашения – это «максимальное сокращение углеродного загрязнения настолько, насколько это возможно, и так быстро, как это возможно». Однако правительствам нужна конкретная цель, основываясь на которую они могли бы выстраивать свою климатическую политику. «Как можно сильнее и как можно быстрее» - это субъективные и неопределённые понятия, в то время как «углеродное загрязнение к 2050 году должно быть сокращено на 80%» - это конкретное требование, которое может быть введено в политическую программу.

Споры учёных о нескольких десятых градуса одновременно важны и несущественны. Это не играет большой роли, потому что учёные дискутируют о том, какова вероятность, что мы добьёмся цели, но сама цель «увеличение температур не более, чем на 2оС», - достаточно произвольна.  Но вместе с тем Парижские цели очень важны, так как они ставят конкретные задачи, к выполнению которых могут стремиться правительства разных стран.

Впрочем, независимо от того, кто прав в этих спорах, нам в любом случае надо максимально сокращать углеродные выбросы, и стоит делать это как можно скорее. Если же правительства, основываясь на исследовании Миллара, решат, что у нас ещё большой углеродный запас, и что можно в принципе не спешить, это будет очень некорректная и опасная интерпретация. Нельзя расслабляться: политика в отношении изменения климата должна быть жёсткой и амбициозной.


ІНШЫЯ НАВІНЫ РУБРЫКІ

Падзяліцца: 21.05.2018

Перадрук матэрыялаў магчымы пры абавязковай наяўнасці зваротнай і актыўнай гіперспасылкі.